Новости музыки и обзоры фильмов
   ЕЖЕДНЕВНО:
   Новости
   Свободная музыка
   Рецензии
   Аналитика
   Рецензии
   Скандалы
   Интервью
   События
   Анонсы
   Энциклопедия
   Всячина
   КИНО:
   Новинки кино
   Классика кино
   Энциклопедия
   События
   ПОПСА:
   Слухи
   Кумиры
   Рецензии
   ГАЛЕРЕИ:
   Общая галерея
   Концертная галерея
   Разное и странное
   Киноактеры
   Кинокадры
   Поп-исполнители
   ТЕХНИЧЕСКОЕ:
   RSS-лента
   ИНТЕРЕСНОЕ:  

  
Яндекс цитирования



Яндекс.Метрика

Анджелина Джоли и Брэд Питт: «Дети — это наша сила и слабость»

Несмотря на столь частое упоминание слова «звезда», истинных мегазвезд сегодня
совсем немного. И среди них, безусловно, актерская семья Джоли и Питта. Нам не
раз приходилось общаться и с Брэдом, и с Анджелиной, но всегда порознь. А в этом
году в Канне нам наконец удалось свести их вместе и сделать первое совместное
интервью с самой знаменитой парой в мире.

Каннский фестиваль — счастливое для Анджелины и Брэда место. Здесь они уже не первый раз одновременно радуют своим присутствием любителей и ценителей кино. В этом году Питт приехал на фестиваль представлять долгожданный фильм американца Терренса Малика «Древо жизни» — он его продюсировал и сыграл в нем главную роль. Анджелина же по традиции участвовала в презентации внеконкурсной картины — анимационного блокбастера «Кунг-фу Панда-2».

Корреспонденту «7Д» удалось побеседовать с Брэдом и Анджелиной в одном из отелей Канна накануне их отъезда в Лос-Анджелес. Они не стали ждать церемонии закрытия фестиваля, потому что Питт с детьми хотел сопровождать Джоли во время премьеры ее фильма в Америке. И это несмотря на то, что «Древо жизни» сразу же после показа вышло в лидеры среди претендентов на «Золотую пальмовую ветвь». Но семья превыше всего. Даже главной награды самого престижного в мире кинофестиваля, которую заслуженно получил фильм Малика с участием Питта. С чем мы от всей души — хотя и заочно — поздравляем Брэда и Анджелину.

С Анджелиной мы встречались неоднократно, но все равно трудно не волноваться. Хотя она всегда (и этот раз не стал исключением) производила удивительное впечатление своей естественностью, искренностью и отсутствием звездной болезни, присущая ей невероятная магия и энергетика не позволяют расслабиться. (Своими глазами мы видели опытного американского тележурналиста, у которого дрожали руки после короткого интервью с Джоли. И не у него одного.) И это при том, что у актрисы нет своего пресс-агента, и никто перед встречей не требует избегать тех или иных вопросов на личные темы. Да и Анджелина сама охотно рассказывает о своей семье и детях. Смотрит в глаза, пожимает руку при встрече и ведет себя так, словно разговор нисколько ее не утомляет (хотя большинство актеров, особенно звезд, даже не скрывают своего негативного отношения к необходимости давать интервью). Она, как всегда, хороша, немного утомленный вид нисколько не мешает любоваться ослепительной кожей, незабываемыми чертами лица (почти без макияжа) и дивными внимательными глазами. На запястье Анджелины — браслет из изумрудов с эмалью, подарок Питта на Рождество. На пальце — изумительной красоты кольцо с огромным зеленым изумрудом — из ее собственной коллекции. Актриса недавно занялась созданием своей линии ювелирных украшений, в основном из редких изумрудов — это ее любимый камень и цвет. На предплечье у актрисы новая татуировка. Когда она только появилась, пошли слухи, что тату означает место рождения будущего усыновленного ребенка, у Анджелины таким образом «отмечены» все дети. На самом же деле это широта и долгота городка в Оклахоме, где родился Брэд Питт. Он сам, в элегантных очках с затемненными стеклами, очень красивый, подтянутый, внутренне сосредоточенный и какой-то умиротворенный, тоже удивительно мил и вежлив. Никакой спешки, суеты, спокойный тихий голос, внимание к собеседнику. И самое главное — невозможно не верить в то, что между этими людьми существует сильнейшая взаимосвязь, что они по-настоящему любят и уважают друг друга...

— Каково это — снова вернуться в Канн, где вы бывали столько раз? И снова вдвоем, как в 2009 году, когда вы, Брэд, представляли на фестивале фильм Квентина Тарантино «Бесславные ублюдки», а Анджелина была вместе с вами, чтобы поддержать вас. А в этом году вы, Анджелина, снова поднимались по фестивальной красной лестнице не только по случаю презентации анимационного фильма «Кунг-фу Панда-2», но и в столь важный для Брэда день премьеры «Древа жизни».

Анджелина: Мы любим приезжать сюда всей семьей. Сняли огромный номер в отеле неподалеку от Канна, и пока мы с Брэдом участвуем во всех церемониях, наши дети носятся по коридорам отеля как по лабиринту, играют в парке, плавают в бассейне, в общем — наводят там шороху. (Смеется.) Мы очень любим Францию и стараемся проводить в нашем доме в Провансе как можно больше времени. Дети просто обожают сюда приезжать. На фестивале у нас, помимо работы, есть возможность встретиться с приятными людьми, посмеяться, увидеть прекрасные фильмы.

Брэд: Конечно, дома-то мы ведь в основном смотрим детское кино! (Смеется.) Для меня было большой честью работать над фильмом Малика. Съемки закончились уже три года тому назад, но вся работа длилась почти десять лет. И это были очень важные годы в моей жизни, переломные. Примерно в то время я понял, что меня привлекают не блокбастеры, а фильмы, где есть смысл и глубина. Такие, где ставятся серьезные вопросы, даже если на них не всегда находится простой ответ. Я считаю долгом чести, призванием, идущим от самого сердца, выступать в роли продюсера таких картин. Не представляю, что не смог бы
помочь появиться на свет таким фильмам, как «Ее сердце», «Жена путешественника во времени», «Отступники» Мартина Скорсезе, «Частная жизнь Пиппы Ли», ну и конечно же «Древу жизни», не будь у меня продюсерской компании. У проекта были очень большие проблемы на каком-то этапе, роль, которую сыграл я, должен был играть другой актер, но не смог, в общем, я счастлив, что сумел помочь Терренсу. Знаете, я как мальчишка, попавший в магазин сладостей, — обожаю кино, режиссеров, актеров, операторов, всех, кто имеет отношение к этому искусству. И как продюсер хочу, чтобы они были полностью освобождены от любых проблем, кроме одной — снимать свое кино.

— Анджелина, фильм «Кунг-фу Панда-2» — чудесный, он наверняка будет так же любим и детьми, и их родителями, как и первый фильм. А вы вновь получили возможность сыграть (озвучить) Тигрицу — сильную и независимую героиню…

— Спасибо. (Улыбается.) Я и правда люблю сильных женщин, восхищаюсь ими. И обожаю играть героинь, способных постоять за себя и за других. Во мне, наверное, слишком развито чувство справедливости и желание эту справедливость защищать. Но в душе я мягкая как воск. Я — мамочка, которая меняет своим детям подгузники и успевает сделать сто дел еще до завтрака. И согласилась, собственно говоря, на участие в этом мультике конечно же прежде всего из-за детей. Они так радовались и так мною гордятся! Особенно наши дочки. Девочки сказали, что Тигрица — их любимая героиня, ведь она одна там такая в окружении «парней». (Смеется.) Словом, все — Мэддокс, Пакс Тьен, Захара, Шилох Нувель и близнецы Нокс Леон и Вивьен Маршелин — принимали в моей работе над этим фильмом самое горячее участие, были моими агентами и одновременно менеджерами. (Смеется.) Часто я слышала в студии, где нас записывали (мне позволяли брать старших детей с собой): «Мамочка, это не смешно!» Но меня это подстегивало: хотелось доказать детям, что их мамочка, может, и не круче их любимого Джека Блэка, но тоже крутая! (Смеется.) Мне понравилось, что в сиквеле «Панды» авторы затронули очень серьезную тему: не важно, кем ты был в юности, через что прошел, у тебя всегда остается возможность выбора — кем стать и как жить дальше, понять, кто же ты есть на самом деле. И как мать, я очень хочу, чтобы мои собственные дети понимали это, умели сделать выводы из своих жизненных уроков и опыта.

Мы с Брэдом давно уже стараемся подстраивать свои рабочие графики таким образом, чтобы не работать одновременно. Обязательно кто-то из нас остается дома с детьми или проводит с ними время в том месте, где у меня или у него проходят съемки. Обычно мы все вместе путешествуем и не расстаемся надолго никогда. Но главное даже не это. Прежде чем выбрать проект, согласиться на работу, мы думаем о детях: как они в будущем, а старшие из них уже и сейчас отреагируют на фильмы с нашим участием или те, которые Брэд продюсирует. Для нас это очень важный момент.

Брэд: Энджи умеет собрать всех за считаные минуты, это точно. Она как солдат: раз — и у всех уже рюкзаки за плечами и все готовы выступить в поход. (Смеется.) Так что у нас с путешествиями и переездами проблем нет: все, даже самые маленькие, прошли под руководством мамы отличную боевую подготовку.

— Анджелина, некоторые особенно рьяные защитники детской психологии уже занесли «Панду» в разряд фильмов, пропагандирующих насилие — там все-таки много драк и всяческой борьбы. Как вы сами к этому относитесь?

— Я не вижу в этом мультфильме никакого реального насилия. Потому что речь идет о поиске и обретении внутреннего мира. А что, в конечном итоге, работает против агрессии и насилия, войны и оружия? Избавление от негативной энергии, наличие богатого внутреннего мира и покоя в душе. Конечно, дети бывают разные. Мальчики есть мальчики, у них от природы слишком много энергии, поэтому я своих сыновей отдала в школу боевых искусств. Эти занятия учат их не только дисциплине, но и контролю над собственным телом, учат уважать себя и других, развивают ум, закаляют морально. И мне кажется, глупо игнорировать эту часть жизни, эту энергию, присущую людям, особенно мальчикам. Надо помочь им направить ее в нужное, правильное русло, научить разбираться: кто хороший парень, а кто плохой и против чего стоит (или, наоборот, не стоит) вступать в борьбу.

— Брэд, а как вы достигаете внутренней гармонии, спокойствия с таким количеством детей?

- Очень просто. Когда просыпаешься утром и знаешь, что твои дети здоровы и в безопасности. Это самое важное, даже если с этим и связан жуткий хаос. (Смеется.) Хотя конечно же забота и тревога — неизбежная часть нашей жизни, как и любых родителей. Анджелина права. С тех пор как я стал отцом, полностью изменился. Кино и сыгранные роли даже у самых потрясающих режиссеров не могут так изменить человека, как отцовство. И став отцом, я начал гораздо внимательнее относиться к выбору ролей и проектов. Мучительно даже представить себе, что моим детям может не понравиться мой фильм. Я хочу, чтобы они сумели увидеть в моих работах что-то важное, поняли, что я за человек, и гордились своим отцом. Но не стоит меня идеализировать. (Смеется.) Могу и отшлепать, если не слушаются, а самый лучший мой воспитательный трюк — оставить ребенка без обеда. Работает на все сто! (Смеется.)

— Берете пример с вашего героя из фильма Терренса Малика «Древо жизни» — он любит своих троих сыновей, но в то же время требует от них безусловного подчинения, может быть с ними резким и даже жестоким…

— Мой герой, по замыслу режиссера, олицетворяет природу, а мать мальчиков, его жена, — безусловную любовь. Фильм этот о драме человека, семьи во Вселенной, в космосе. Малик относится к тем редким режиссерам, которые снимают раз в десять, а то и в двадцать лет. «Древо жизни» он суммарно вынашивал лет тридцать. В результате возникло такое богатство деталей, что на съемках появлялось иногда ощущение, будто я смотрю в микроскоп и вижу мельчайшие ворсинки на коже. Или, наоборот, все то же самое, но словно за миллионы километров разглядываю в телескоп. Когда Терренс только начинал, все было устроено иначе. Не было такого мощного давления — как получше и подороже продать фильм. И вот прошло десять лет, он готов представить свое творение, но не готов к изменившейся реальности. Он не бизнесмен, не агент по недвижимости, который умеет продать дом. Я не понимаю, почему многие так недовольны и удивлены тем, что он не приехал в Канн сам представлять свой фильм. Разве для художника не достаточно было просто его снять? Надеюсь, что наше кино найдет отклик в сердцах самых разных людей, разных стран и культур. Я немного сомневался, рассматривая роль отца, который не может быть ни по-настоящему счастливым, ни несчастливым. Может превратиться в одну секунду в настоящую фурию мужского пола. Но, с другой стороны, его убеждение — чтобы выжить в этом мире, нужно быть жестким и даже жестоким, — имеет под собой реальную основу. Это и философская проблема, и историческая. Действие не случайно происходит в 50-е годы. Послевоенное время, Америка начала процветать, это процветание отчасти и загнало нас в сегодняшнюю экономическую кабалу. Пресловутая «американская мечта» тогда завладела умами людей. Но эта самая мечта далеко не всегда осуществляется, злость, разочарование копятся в моем герое подспудно и выплескиваются на детей. А дети всегда растут под чьим-то влиянием, ведь так же? Я вообще считаю, что взрослые — те же дети, только подросшие. Вот только каково это влияние, какие плоды может дать? Лично я больше всего боюсь принести в дом свои проблемы, появиться перед своими детьми в состоянии депрессии, недовольства, отчаяния. А ведь многие из нас, к сожалению, именно дома, на своих детях и близких, отрываются, разряжают свою отрицательную энергию. В любом случае я надеюсь, что, когда мои дети смогут посмотреть «Древо жизни», они убедятся лишь в том, что их папа все-таки хороший актер. (Улыбается.)

— Терренс Малик в «Древе жизни» затрагивает глобальные темы возникновения человечества, эволюции человека и мира, существования человека в этом мире. Естественно, что и религиозный аспект играет в картине очень важную и неоднозначную роль, наводит на множество размышлений, вызывает подчас вопросы… А у вас какое отношение к религии?

Брэд: Я вырос в семье верующих христиан, достаточно религиозной семье. В американской глубинке. И привык, что мне говорили по любому поводу, что это дело рук Божьих, что Бог знает лучше, а если происходили какие-то несчастья или неприятности, считалось, что такова воля Божья. Честно говоря, у меня уже тогда рождались вопросы на религиозную тему. Возникало множество вопросов к Богу и к людям, которые мне объяснили, что все идет по некоему божественному плану. Но я однозначно не религиозный человек: на 20 процентов агностик, на 80 — атеист. Или наоборот. (Смеется.) Если серьезно, то я думаю, что религия может быть очень серьезной вдохновляющей силой. Мы с Терренсом немало часов провели в дискуссиях на эту тему.

— Брэд, в прошлый раз вы были в Канне тоже с конкурсной лентой — фильмом «Бесславные ублюдки» Тарантино…

- Я всегда говорю: Тарантино — это бог, а его съемочная площадка — рай. (Смеется.) Свои фильмы он питает своим безумием и фантазией. Где еще взять такого оригинала! Квентин, в отличие от Малика, не стеснялся даже танцевать на красной дорожке, зажигал, одним словом. И мы вместе с ним. (Улыбается Анджелине.) Не хочу напрасно сотрясать воздух, но есть у нас с Квентином одна идейка — сделать продолжение «Бесславных ублюдков». Но больше ничего не скажу.

— В фильме «Кунг-фу Панда-2» главной темой довольно неожиданно стали поиски медвежонком По своих настоящих родителей после того, как он понимает, что был усыновлен. Вы не боялись, что для ваших детей это может оказаться не самым приятным моментом?

Анджелина: Мы с Брэдом после того, как показали фильм детям целиком, немного волновались и ждали некой дискуссии вечером на эту тему. Но по дороге домой их интересовало только то, как моя бесстрашная Тигрица могла в одной из сцен позволить себя победить. (Смеется.) В нашем доме нет секретов друг от друга. Мы открыто всегда говорим с детьми об усыновлении, эти слова — «приемные родители», «усыновление», «детский дом», «приют», «сирота» — постоянно звучат в нашем доме. И они ассоциируются в нашей семье только лишь со счастьем. А не с чем-то неприятным и тяжелым. Поэтому дети просто очень хорошо понимают медвежонка По, гордятся им. Я часто езжу в разные страны, где много времени провожу в детских домах и приютах. И часто беру с собой старших детей. Совсем недавно ездила в Камбоджу вместе с Мэддоксом и Паксом Тьеном. Для Мэддокса это была особая поездка — ведь он родился в Камбодже, а мы хотим, чтобы наши дети ни в коем случае не забывали о своих корнях, своем родном языке. Да, я еще не сказала, какой Брэд потрясающий отец. Его просто захлестывают эмоции, когда речь идет о наших детях. (Улыбается Питту.)

— Как же все-таки тяжело быть такими знаменитыми, хотя в чем-то это, безусловно, и помогает…

Анджелина: Я не нахожу себя слишком уж интересной в этом качестве. Но сейчас такое время странное. Столько всего кругом на эту тему — знаменитостей. Словно наступила какая-то особая эра. Думаю, чем лично я буду старше, тем меньше мною станут интересоваться. И моей частной жизнью.

— Но пока что слухи о вас и вокруг вас бесконечно циркулируют. И, в частности, один: собираетесь ли вы еще добавлять детей к своим шестерым сокровищам? Анджелина: Ну конечно, ведь у нас еще нет футбольной команды, а Брэд всегда мечтал иметь дома собственную команду! (Смеется.) Но нет, пока что этот вопрос на повестке дня не стоит.

Брэд: Я знаю, большая семья с большим количеством детей многим со стороны кажется чем-то экстремальным. Но я иногда думаю, что родился с умением управляться с детьми. Может, оттого, что в детстве очень дружил с парнем, у которого была огромная семья, куча братишек и сестренок. Мне нравился весь этот хаос, например во время завтрака: отец, готовящий для всех блинчики, шутки, смех, озорство. И тогда еще я подумал, вернее, решил: если мне суждено будет иметь много детей, то я хочу, чтобы все было именно так и в моем доме. Поэтому считаю себя большим специалистом в области завтраков. (Смеется.)

Анджелина: Брэд великолепно печет блины и умеет накормить всех детей в мгновение ока — и хаос заодно дополнительный создать. (Смеется.) А еще он делает барбекю. Мне в этой сфере жизни вряд ли есть чем похвастаться.

— Говорят, что вы собираетесь уйти в отставку: больше не сниматься и посвятить время семье и благотворительной работе…

Анджелина: Это неправда. Хотя вот именно сейчас я безработная. (Смеется.) Не знаю, что ждет нас в будущем. Не знаю, какие требования могут предъявить мне дети, взрослея, становясь старше. Но уверена, что мы с Брэдом еще несколько лет посвятим работе. А потом, возможно, будем больше путешествовать и заниматься другими делами. В Америке мы вечно куда-то торопимся, а в Европе можем немного расслабиться. Когда я снималась в Венеции, дети учили итальянский язык, и мы им показывали произведения великих итальянских художников — например, ездили во Флоренцию, чтобы увидеть статую Давида Микеланджело. И все вместе отдавали дань долгим итальянским трапезам. Во Франции они понемногу изучали историю Французской революции, ну и, конечно, вместе с нами получали удовольствие от французской кухни.

Мы очень надеемся, что наши дети счастливы и что они знают, как сильно мы их любим. Дети — это наша слабость и наша сила. Я даже не представляю себе, что со мной будет, если с кем-то из них что-то случится. Обо мне могут говорить и писать самые ужасные вещи, но стоит мне очутиться дома и увидеть детей, почувствовать их любовь, я кажусь себе самой важной персоной на свете. (Смеется.) И мы хотим верить, что сумеем научить их не бояться самих себя, понимать, кто они, и не пытаться стать кем-то другим. Надеемся, они станут сильными и прекрасными личностями, какие они уже есть сегодня, и проживут счастливую и честную жизнь.



Источник: 7 дней


Имя: E-mail:
Комментарий:
 
назад к списку статей
ИЗБРАННОЕ:  
Cтатьи открываются в новом окне

МУЗЫКА:

Интересно...:
Превращение Насти Задорожной...
NEW

Исполнители...:
Супердорогой альбом Рианны...
NEW

Гонорары...:
Николай Басков: “Сейчас канала НТВ для меня просто нет!”...
NEW

Дела концертные...:
Фейс-контроль на концерте..
NEW

История...:
Группа BoneyM

КИНО

Новые роли:
Новая стезя Седаковой...

О КЛАССИКЕ:

Новая классика:
Балет на музыку Radiohead будет представлен публике в Кремле...
NEW

Фото:
Презентация сингла группы "Бобры" -"Стереотест".
NEW


Фото:
"VERMILLION LIES" в клубе "Gogol" (Фотограф Алена Прокофьева).
NEW



ПОЛЕЗНО ПРОЧИТАТЬ: