С "магеллановским" альбомом-предшественником "Impossible Figures" данный релиз роднит по крайней мере логотип – уже четвертый за 15-летнюю историю коллектива. Братья Трент и Уэйн Гарднеры (творческое ядро Magellan) вообще склонны к поиску: несмотря на сравнительно узнаваемую манеру исполнения, каждый альбом ведущих калифорнийских прогрессивщиков имеет свою "изюминку": первые две пластинки группы буквально посекундно источали реверансы в адрес Genesis и ELP, диск 1997 г. "Test of Wheels" был чуточку более джаз-роковым, а на упомянутом выше "Impossible Figures" присутствовали несколько псевдоцитат из классики. На сей раз тяга к экспериментам завела братьев в дебри мрачной мизантропии: концептуальная программа из семи новых композиций (две, по новой традиции – инструментальная псевдоклассика!) повествует о том, куда катится (и прикатится-таки!) человечество, в повседневной жизни зачастую игнорирующее заповеди свыше…
Пожалуй, это и вправду самый мрачный альбом Magellan; но картинка на обложке вызывает не уныние – но все ж какую-то надежду…
